Сайт Сергея Анатольевича (Пономарева)
Активный отдых, туризм, путешествия...  
На главную X-tracks Карты Статьи Галерея Ссылки Архив СК МГУ Архив РСС О сайте Контакты

ВЕСТНИК СПЕЛЕОКЛУБА МГУ

# 1 (9) ЯНВАРЬ - ФЕВРАЛЬ - МАРТ 1996г.
#2(10) АПРЕЛЬ-МАЙ-ИЮНЬ 1996г.


Издается с декабря 1993 г.

Читайте в номере:

ЭКСПЕДИЦИИ

Ноябрьская экспедиция на Алек
Д.Провалов

Арабика-95 (с сокращениями
С.Кузьменко (Киев)

Первая экспедиция в новом году.
А.Мушенков

СОРЕВНОВАНИЯ

XIII Открытое первенство МГУ по спелеотенике памяти А.Михалина.
А.Гусев

Матч городов Урала.

 

ЛИТЕРАТУРНАЯ СТРАНИЦА

Воронцовский сонет.
Т.Шиян

Фигнепроходцы (окончание первой части).
В.Рейснер

 

________________________________________________________________

________________________________________________________________

ЭКСПЕДИЦИИ

________________________________________________________________

 

Ноябрьская экспедиция на Алек.

 

Немного истории.

В ноябре 1993 г. в п.Медвежья на глубине 215 м был проиден сифон, за которым открылась вертикальная часть; тогда удалось спуститься только на 40 м. Пещера продолжалась. В следующей экспедиции новогодняя ночь подарила двойке спелеоподводников замечательное прохождение новой части пещеры. Вооружившись двумя шлямбурными наборами и 250 м английской восьмерки, Провалов и Шумейко сыпались вниз. После каждого уступа двум счастливчикам мерещился сифон, ведь, как известно, в новогоднюю ночь все мечты сбываются, и за очередным колодцем оказывалась просто глубокая лужа, а чуть дальше - новый вертикальный каскад. После К98 (кстати, самый глубокий из известных на Алеке колодцев) вышли в Большой Каньон. Веревка кончилась, но шум подземной реки, грохотавшей где-то в каньоне, притягивал как магнит. На уступах было развешено все личное снаряжение: педали обвязки и т.п., остановиться было невозможно. Ручей, приходящий с правой стороны из грифона С3, сливался с ручьем из Медвежьей и, образуя мощный подземный поток, устремлялся дальше вниз. Через 150 м свод галереи понизился - очередной сифон. Стрелка часов приближалась к 12, наступал 1994 год, но на лицах притомившихся спелеологов особой радости не было: на обратном пути предстояла кропотливая работа с топосъемкой. на следующий день Владимир Киселев углубил пещеру еще на 2 м, размотав в конечном сифоне С2 около 15 м телефонного провода, но найти проход в узком, с нулевой видимостью подводном тоннеле так и не удалось. Нырять в пенную, грязную лужу, в которой плавают щепки и гнилые листья, отпала охота.

В мае все силы были брошены на изучение грифонов. Еще в зимней экспедиции у С3 были найдены консервные банки, остатки рукавиц, куски полевика, т.е. приток большой и глубокой пещеры. Конечно же, это ТЕП - близко, почти в той же балке. Провалов, Киселев и Шумейко затащили на дно мешки с подземным лагерем и установили его на груде камней, прямо посередине реки. Ревущий в пяти метрах водопад напоминал о паводке, правда, о реальной опасности никто даже и не догадывался - место это затопляется до потолка. С3 оказался не длинным, но с очень серьезной узостью, протискиваясь через которую, приходилось снимать каску с фонарями. Пролезли через эту щель только двое (Шумейко, как истинный водолаз, хорошо осознавал всю опасность плавания в подобных узостях и в щель не полез). За сифоном - галерея длной 174 м и три притока (сверху, из колодца высотой метров 10, из щели, и третий - грифон С4). Чтобы добраться до него, нужно было просочиться через очередную щель.Любопытно было смотреть, как Киселев в маске, ластах и с баллонами на боку протискивался через это не очень приятное для подводника место. В сифоне Володя проплыл около 30 м при глубине 7 м и повернул назад. Вопрос о прохождении вверх по притоку повис в воздухе.

Через год под проливным дождем четверо бойцов месили грязь, перетаскивая почти километр веревки и кучу подводного снаряжения по напрвлению к пещерам ТЕП и Медвежья. С погодой, как всегда, не везло, тропические июньские ливни срывали экспедицию. На всю работу было отпущено 6 дней, три из которых пришлось провести в палатках. В пещеры просто нельзя было сунуться. Ручей, уходящий в ТЕП, разбух и превратился в настоящую реку. В Медвежьей короткий меандр на глубине 50 м был полностью перекрыт водой. Один из четверки, Piter Hartley, торопился в родную Англию. Казалось, проделать задуманное не удастся. На третий день дождь стал утихать. Шумейко и Провалов за 14-часовой выход забросили на дно Медвежьей продукты, газовые баллончики, веревку, а главное, установили перед С3 ловушки для флюоресцеина. На дне К98 во время перекуса был устроен грандиозный пожар. Для Провалова это была вторая попытка самосожжения в подземном лагере. За год до этого в Крестике его спас Костя Мухин, здесь, в Медвежьей - Шумейко. Утром Коля Шатский и Piter под руководством Андрея вытаскивали снаряжение, а Провалов в одиночестве навешивал ТЕП. На дно так и не добрались и высыпали флюоресцеин на -320 м, окрасив прозрачный ТЕПовский ручей в жуткий зелено-фиолетовый цвет. Забрать ловушки не успевали - оставили до осени.

 

 

Ноябрь 1995.

 

- "А куда же пошли все денежки с гранта Киселева?"

- спрашивал хитрый Клим.

- "Куда-куда, дорогих батареечек для подводных фонарей купили"

- не моргнув глазом отвечал мудрый Шумейко.

 

20 ноября опять лил проливной дождь. Окончательный состав определился только в Хосте. С удивлением обнаруживаю, что нас 15 человек - для Алека многовато. Команда не только многочисленная, но и интернациональная. Кроме обычной московской группы, Олег и Наталья Климчук из Киева, Женя из Керчи, Franko Ataviany из Италии, целая бригада сочинских спасателей, возглавляемая Максимом Дзагания и Юрой Фоминым. Задача: попытаться соединить две пещеры. По топосъемке от конечного сифона в п.ТЕП до С4 Медвежьей всего 150 м. Даже для Алека это немного.

Дождь барабанит по крыше любимого охотничьего домика. Непогода - спутник всех наших экспедиций в этот район. Во входной грот ТЕПа втекает широкая река, но терять время жалко. Удается обвесить первые два колодца. По всей пещере ветер и водяная пыль. Огромный водопад в К50. К вечеру второго дня Коледов и Клим, соорудив страшный троллей, довешивают ТЕП до первого полусифона. Думаю, что спелеологи впервые работали в этой пещере в откровенный паводок. SRT - сила, в старые времена не один здравомыслящий не сунулся бы в ТЕП в такую погоду. Первый полусифон - наклонная щель, сейчас почти полностью затоплен. Надо ждать.В это время в Медвежьей забрасываем часть подводного снаряжения к первому сифону.

Если молиться всем богам, каких знаешь, то даже на Алеке может повести с погодой. Стало прохладнее. Вместо дождя сыпет снег, через 4 часа его уже почти по колено. Холодно - это хорошо: меньше воды в пещерах. Главное, чтобы снег не расстаял за первый теплый день.Через полусифон пролезаем только мы с Климом, Шумейке не дала протиснуться его мощная грудная клетка. Вид второго полусифона приводит в ужас: еще более узкая щель перекрыта водой.Можно попробовать облезть ее верхним этажом. Но мы ленивые - без крючьев опасно, а колотить не хочется, да и предстоящая сегодня выемка не способствует проявлению героизма. Со стороны пещеры ТЕП ничего не получилось, не удалось даже взглянуть на конечный сифон.

Теперь пришла очередь Медвежьей. Лагерь, фото, веревки, снаряжение для восхождения умудрились упаковать в 6 транспортников. Почти все мешки имели положительную плавучесть, догружали камнями, но они все равно не тонули. Борьба с таким мешком в узком сифоне - дело серьезное. С1 показался уже и мельче, чем в июне, ходовой конец замыт на всем его протяжении. Вообще, в выходе за сифон не везло с самого начала. Веревка для К19 оказалась смыта. Удалось спуститься на "шнурках" и найти ее, чудом заклинившуюся среди камней. Концы веревки сильно измочалены паводком. Мешок с веревкой 120 м, висевший на краю К98, словно пинали ногами - весь забит гнилыми листьями. При навеске большого колодца сломался французский спит. И вдобавок к этим несчастьям мы не нашли ничего из вещей, оставленных июньской экспедицией. Газ, продукты, карбид, пена - все это было спрятано под колодцем и теперь бесследно исчезло. На месте грустно лежали только подводные груза. Печальней всего была потеря газа, минимальный запас сухого спирта позволял приготовить пищу только один раз. Неприятности были и с подводной аппаратурой. Хотя она и была упакована в пластиковые контейнеры, при транспортировке с ней обошлись не очень вежливо. Как Шумейко не пытался что-либо сделать - манометры травили.

В растерянности, прогуливаясь по каньону, мы наткнулись на один газовый баллончик. Он был расклинен высоко среди камней и ближе к ТЕПовскому притоку. С ужасом представил себе, как вода заполняет такой большой объем - уровень здесь поднимается на 12-14 м, почти полностью затопляя каньон.

Лагерь поставили под К34, это выше и кажется менее опасным. Удобно покачиваясь в гамаках, пришли к мысли: вода, вытекающая из притока, может быть, совсем и не ТЕПовская, а банки и прочий спелеомусор при сильном паводке могут спокойно переплывать из Медвежьей. Пока не будет проведен химический анализ ловушек (слава богу, они уцелели), ясности в этом вопросе нет. Среди ночи один из нас просыпался и слабым голосом взывал: "Эй! Кажется вода прибывает". Но, к счастью, это был всего лишь страшный сон, наверху было морозно, а в пещере - тихо.

Нырять в С3 мы не стали. Чтобы выход не пропал даром, протраверсировали стену К98 и попали в новую большую галерею, с колодцем, уходящем вверх. Всю веревку, два баллона, подводную катушку, груза и лагерь оставили, укрепив на крючьях. Гидры безжалостно текли. Обратно через сифон переплывали с двумя мешками на брата. По халатности я утопил запасную маску. Маска была хорошая, древняя, да еще ее хозяином был Шумейко. Мы даже устало поругались по этому поводу.

Пока мы были за сифоном, Клим, доказывая, что он настоящий восходитель и не напрасно ест наше сало, поднялся по притокам метров на 30. На следующий день мы с ним вдвоем залезли еще на одну веревку и вышли в меандр. Поспешив, спустились в первую дырку и попали в старую часть пещеры. Меандр под потолком колодца очень интересный, перспектива в восхождении конечно же есть.

На выемке, как всегда, отличился Вова Петров: руководимая им команда вытащила все мешки быстро и аккуратно.

Вечером, когда большая часть снаряжения была упакована в транспортники, а народ разомлел у жаркой печки, разгорелся спор - удачная это экспедиция или нет. Погружение в С4 не состоялось, но был траверс каньона и восхождение Клима в притоке. Не дошли до реального дна в ТЕПе, но сделана паводкобезопасная навеска, составлено описание. За первый сифон теперь тащить на 5-6 мешков меньше, но непонятно, кто и как будет все это вытаскивать, число мешков на обратном пути возрастет вдвое. Не работали фотовспышки, и подземных слайдов не много, зато отснят видеоматериал и даже получилось несколько минут у первого сифона. Вот я теперь и сам не пойму, как оценить эту экспедицию. Работали много, каждый день ходили в пещеру, а большого первопрохождения нет. Известное правило: чем дальше, тем труднее,- верно здесь на все сто.

В последний день снег стал таять, и опять пошел дождь. Ручей в ТЕПе проснулся. Как хорошо, что мы успели выдернуть все мешки из пещер. "ЗИЛ" спасателей за два часа добросил нас до Сочи, где мы по традиции засели за чебуреки. Вечером следующего дня все встало на свои места: большая часть команды незаметно рассосалась, кто уехал раньше в Москву, кто в Киев, кто-то задержался на пару дней в Сочи, а мы впятером на глазах у изумленной проводницы загружали грандиозную кучу транспортных мешков в поезд Адлер-Москва.

В заключении хочется выразить благодарность руководству сочинского ПСО за постоянную помощь нашим экспедициям, Диме Скляренко и Михаилу Харитонову за помощь в транспортировке груза по Москве, клубу "Меандр", а также известным байкерам Ване Дубинину и Алексею Копчинскому за отличные гамаки.

 

Денис Провалов

 

 

________________________________________________________________

________________________________________________________________

 

Арабика-95.

 

Для спелеологов Абхазия значит многое: там наши любимые горы, там наши самые глубокие пещеры. В 1992 году в Абхазии началась война. В 1993-м о пещерах Бзыби и Арабики никто не мечтал. В 1994-м, несмотря на страшные пророчества, две группы пересекли границу: Киселев с командой углубил Дзоу, а четверо несчастных эльдорадовцев копалась в щели под пиком Спелеологов. На 1995 г. строили самые грандиозные планы, на Арабику собиралось много групп, но радужным мечтам не удалось сбыться. Конфликт в Чечне намертво закрыл границу. Доходили, правда, слухи о том, что кто-то из киевлян умудрился проскочить в Абхазию.

В декабре, на съезде УСА один из старейших киевских спелеологов, организатор этой экспедиции С.Кузьменко передал мне этот отчет.

Краткая информация об истории исследования одной из самых глубочайших систем страны и отчет о ходе экпедиции 1995 г. надеюсь, будут небезынтересны читателям "Вестника".

 

Д.Провалов

 

Вступление.

 

В период с 11 августа по 9 сентября на плато Арабика в системе Украинская-Арабикская работала группа спелеологов из Киева, усиленная участниками из Кишинева и Каменец-Подольского. По известным причинам эта экспедиция была единственной в этом году в Абхазском регионе, и естественно сведения о ней представляют известный интерес как для активных спелеологов Киева и Украины, так и для любителей пещер в других странах.

(...)

 

Историческая справка.

 

В последнее время мне довелось пообщаться с некоторыми представителями нового поколения в киевской спелеологии, и меня поразило, насколько слабо они информированы об истории исследований, проводимых киевлянами на массиве Арабика. Даже члены Киевского спелеоклуба, ныне собравшего под свои знамена почти всех жизнеспособных спелеологов, обнаруживают незнание элементарных фактов из истории своего клуба, в свое время бывшего одним из ведущих организаторов работ на Арабике, члены которого сделали очень много для исследования таких крупнейших шахт как Куйбышевская, С-120 и многих других рангом пониже. Незнание прошлого обедняет настоящее, и поэтому я решил начать с напоминания некоторых моментов в истории прохождения системы Украинская-Арабикская.

В 1980 году спелеологи "Горного клуба" во главе с В.Рогожниковым спустились в найденную годом раньше куйбышевскими спелеологами шахту, разобрали с киевской легкостью завал на существовавшем в тот момент дне (-150 м) и вышли на оперативный простор. Этот год положил начало новому этапу в киевской спелеологии. Понадобилось 7 долгих лет и гигантское количество усилий объединенных одной целью людей, чтобы в 1976 году сказать: "Есть километр". Это было радостное и то же время грустное событие; вместе с километром мы получили дно, которым оно является и по сей день. Однако работы на дне велись, хотя и в малом объеме. Здесь нужно сказать, что к великому сожалению, после достижения уровня -1110 м спелеологи Киева заметно потеряли интерес к этой шахте. Какую-либо конкретную причину назвать трудно, по-видимому сказалась усталость, возраст, влияние семьи, но факт остается фактом: в 1986 году в шахте работало 14 человек до дна, в 1987 - 11, а в 1988 ... стыдно сказать, четверо. Итак, работы на дне велись в основном саперные: 1986-89 гг. (5 групп на дне, 26 человек, 64 суток под землей) - работы в завале в середине (по воде) и в конце зала, пройдено вниз 7-8 метров.

В 1989 году свершилось наконец событие, которого ждали много лет - шахта С-120 (или Генрихова Бездна) соединилась с шахтой Куйбышевская и мы обрели карстовую систему (после присоединения шахты Детская она имеет уже три выхода на поверхность, или, если позволите, поверхность имеет три входа в систему). Здесь я хотел бы остановиться на проблеме названия этой системы. В разных источниках ее называют по разному: то Арабикская, то Украинская. Вероятно этот вопрос нуждается в выяснении и уточнении во избежании путаницы. Шахта С-120 была найдена сибирскими спелеологами задолго до появления на массиве Арабика киевлян. Но ее глубинные исследования начались с того момента в 1982 году, когда Женя Кислицин, тогда еще молодой, красивый и ловкий, залез на перемычку, после которой в том же году был разбит взрывами узкий лаз и найдено продолжение. С этого момента до самого воссоединения (или присоединения) двух шахт в С-120 работало очень много людей, и все они вложили огромное количество сил и души для достижения конечной цели. Но прохождение последнего участка шахты С-120 и фактическое соединение двух шахт было осуществлено группой киевлян под руководством Игоря Стефанишина, с вытекающими отсюда правами первооткрывателей. Ребята назвали систему Украинская. Чуть позже, с легкой руки А.Климчука система была переименована в Арабикскую. Конечно, название Украинская несколько тенденциозное и некорректное с точки зрения общепринятых среди географов норм присвоения названий природным объектам. Однако права первопроходцев тоже отспорить трудно (ведь есть же в горах Средней Азии шахта Киевская), а давать свои названия не принимая никакого участия в первопрохождении по моему просто неэтично. И все же, в настоящее время оба названия настолько прижились, что на мой взгляд правильным будет использование двойного названия.

Не добавив ни одного метра к уже существующей глубине, шахта С-120 предоставила гораздо более удобный проход на дно. Достаточно сказать что чистое время прохождения до -1110 м по Куйбышевской ветке равняется примерно 60 часам ± 10%, глуина шахты С-120 меньше всего на 100 м, однако времени на спуск до дна тратится почти вдвое меньше. Время дается с учетом обычной нагрузки (2-3 контейнера на человека).

1990-91 гг. (2 группы, 13 человек, 15 суток под землей) - шахта была углублена еще на 5-6 метров. 1992 год - 3 человека, 12 суток под землей - (...) саперные работы были продолжены, выработка углубилась еще на 1.5-2 метра. Работы в этом направлении пришлось свернуть из-за опасности схлопывания забоя и определенной бесперспективности направления. Начаты работы в противоположном углу забоя, пройдено 1-1.5 м. Кроме этого было проведено небольшое зондирование обстановки в меандре, берущем начало в Печерском зале (-800 м).

Это была последняя экспедиция в Абхазию мирного времени. В момент пребывания нашей тройки под землей начались военные действия на побережье, в Гантиади был высажен грузинский десант, пляж был перепахан гусеницами танков. Началось то, что обычно скромно называется "локальный военный межнациональный конфликт". Стало не до пещер и в течении двух лет попасть в Абхазию киевские спелеологи и не пытались.

 

 

Основная часть.

Главной объединяющей силой, сплотившей наш маленький коллектив было обыкновенное желание съездить на Арабику. Просто доказать самим себе в первую очередь, что это возможно. И предваряя подведение итогов, главным, в результате, я считаю то, что экспедиция попала на Арабику и после длительного перерыва продолжила работы в системе Украинская-Арабикская.

 

 

Цели и задачи. Состав.

Главной целью каждого уважающего себя спелеолога, рискнувшего посвятить свой досуг изучению вертикальных карстовых полостей, является достижение абсолютного дна (понятие несколько абстрактное, но, надеюсь, понятное). В нашем случае мы не явились исключением. Хотя 7 экспедиций на дно, как было изложено ранее, не добились искомого, надежда еще жива.

Конкретных же задач перед нами стояло несколько:

а).решиться выехать из Киева;

б).добраться до входа в пещеру;

в).попытаться пройти дальше;

г).вернуться домой живыми.

Оглядываясь назад, затруднительтно сказать, какой из этих этапов был наиболее трудным для нашей экспедиции. Для меня как руководителя, наиболее сложным был первый этап. Но после принятого коллективного решения "ехать", для меня, да и для моих друзей пути назад уже не было. И это правильно.

Состав: С.Кузьменко, Н.Соловьев, Н.Скотенко, А.Вексельман, Р.Куц, В.Яворский, Г.Рябухин.

(...)

 

 

(Хроника.)

 

11 августа - выезд из Киева

13 августа - приезд в Адлер

19-20 августа - переход границы

20 августа - установка поверхностного лагеря

23 августа - заход в шахту

24 августа - в промежуточном лагере на -500 м

26 августа - 1 сентября - работа на дне

2-3 сентября - в промежуточном лагере на -500 м

4 сентября - выход на поверхность

7 сентября - выезд из Хосты

9 сентября - приез в Киев

Без всяких преувеличений можно сказать, что самым тяжелым было для экспедиции пересечь границу между Россией и Абхазией. Для преодоления двухсот метров пограничной полосы нам потребовалось 6 дней. И это были не самые лучшие дни в нашей жизни. Тем не менее, границу мы перешли, и сейчас, зная обстановку на пропускном пункте, порядок выдачи пропусков и расписание пограничных нарядов, времени бы нам понадобилось бы гораздо меньше. В силу ряда причин мы не смогли послать заранее своих представителей в Адлер для получения пропусков и поэтому были вынуждены действовать по обстановке. Если кто-либо выразит желание повторить наш демарш, то он может дополнительно и в частном порядке получить у меня всю необходимую информацию.

После перехода границы у нас не возникло никаких проблем ни с доставкой в Орто-Балаган, ни с местными властями, ни с населением. Утром перейдя границу, к ночи мы стояли лагерем у входа в С-120. Наверное, необходимо сказать несколько слов про обстановку в горах. Совсем мирной ее назвать нельзя. Так, например, по дороге наверх мы встретили пастухов, направляющихся вниз к базару в сопровождении двух вооруженных автоматами молодых людей, что говорит о некотором напряжении в этом районе. Однако, слухи о царящем здесь беспределе оказались несколько преувеличенными. Нам рассказали, что этим летом ограбили пастуха из литовки над Берчилем, угнали 8-10 овец. Но согласитесь, что если бы мы услышали об этом до войны - в году так 85-м, мы бы тоже не очень удивились. Все три года военных действий пастухи все также пасли скот в Орто-Балагане, и по моему мнению, поголовье овец и коз не уменьшилось. В итоге, для нашей группы на поверхности все прошло на удивление тихо и мирно.

После двух дней подгонки снаряжения и некоторой переупаковки, 23 августа в 14.00 первая двойка навески ушла вниз.

(...)

 

 

Заброска и выброска.

 

Эти два этапа, несмотря на их техническую сложность по сравнению с простым пребыванием на дне в подземном лагере, носят вспомогательный характер, посему упомянем о них в двух словах. При движении на вертикальных участках нами была использована тросово-веревочная техника (ТВТ). Следует сказать, что экспедиция использовала в основном старую навеску, как тросовую, так и веревочную, сменив веревку лишь на нескольких колодцах. Были также забиты несколько шлямбурных крючьев в местах, где навеска требовала обновления. Общее состояние навески, навешеной, кстати, около 4 лет назад (а на некоторых отвесах и раньше) в целом хорошее. Нагрузка на человека на этапе заброски составила 2 контейнера, на этапе выброски - 1 контейнер. Наиболее сложным, на мой взгляд, была транспортировка груза не по колодцам, а по наклонно-горизонтальным участкам, особенно в интервале 500-1000 м, что прослеживается и по временному графику. Несколько осложнили передвижение по шахте два паводка, один при заходе в интервале 960-1000 м, другой начался на выходе при уходе последней тройки с 500-го метра (дождь шел не переставая примерно с 3 часов ночи 4 сентября до утра 5 сентября).

 

 

На дне.

 

Как уже было сказано выше, вместе с нами на дно пришла вода. Я хотел бы особенно выделить этот момент, так как пребывая в подземных лагерях с 1987 года (7 раз в общей сумме 50 суток), такое количество воды я не наблюдал ни разу. Расход воды составил примерно 500-600 литров как по притоку со стороны нашей системы, так и по притоку сверху. Вся вода текла по залу в виде концентрированных потоков и уходила в его нижнюю часть (куда мы пойти не рискнули). Забой, в котором мы обычно работаем, оказался залит водой примерно на 2-2.5 метров выше обычного уровня (правда, вода быстро ушла). Площадка для лагеря в нижнем зале оказалась почти наверняка затопленной. Площадка в среднем зале попала под интенсивный дождь, и для установки лагеря была непригодной. Вот почему лагерь был установлен в самой высокой части зала, и в дальнейшем, мне кажется, необходимо пользоваться именно этой площадкой. После установки лагеря началась посменная работа в завале. Работали по 6 часов двойками. Уже после 11 смен стало ясно, что завал не поддался. В который раз мы столкнулись с невозможностью углубиться вниз из-за опасности схода породы со стенок забоя. В былые годы мы решали этот вопрос уменьшением угла наклона стенок и хотя при этом объем земляных работ возрастал в 3-4 раза, но все-таки мы продвигались вниз. Но в этом году мест для складирования выбранной породы рядом с забоем не стало. Породу можно было вытаскивать в зал, но это означало, что мешки с землей нужно было тащить метра на 4 вверх и еще по наклонке метров 5. Задача сама по себе очень интересная, но для семи человек трудновыполнимая, да и времени почти не оставалось. Саперные работы для нашей группы при этом закончились. Еще в Киеве, кроме разборки завала мы планировали восхождение к выходу воды в своде сифона. Это - примерно 40-45 метров шлямбурного прохождения. Мы, в принципе, были готовы к этой работе; количество крючьев, взятых с собой на дно, позволило бы нам это сделать. Но потеря времени при переходе границы сократила и наше пребывание на дне на четверо суток, необходимых на восхождение. К тому же, подсветив снизу свод зала насколько это возможно, мы увидели довольно неприятную вещь: вода появляется в пределах видимости не концентрированной струей, а эдаким столбом из водяной пыли и мелких капель, каким она собственно и падает на дно зала. Это указывает на то, что в месте выхода воды из свода зала скорее всего нет устья меандра или, хотя бы, широкой полки. Т.е. восхождение врядли бы ограничилось теми сорока метрами, которые мы планировали. Исходя из этого мы решили ограничиться небольшой разведкой в верхах зала и по ходу меандра, идущего в зал. По моему мнению, эта разведка увенчалась успехом, дав еще одно направление работ на будущее. Двойка Рябухин-Соловьев поднялась вверх от верхней полки зала еще на метров 25-30 и вышла в верха меандра, который, по их мнению, продолжается и в сторону зала, что дает возможность (хотя и маловероятную) попытаться обойти зал по потолку, используя остатки меандра и шлямбурную технику. После этой находки задача восхождения к воде в центре зала отпала сама собой, ведь поднимаясь на 30 метров выше верхней полки зала, ребята оказались как минимум на 15 метров выше свода зала в месте выхода воды, после чего стало ясно, что к воде следует идти не снизу вверх, а со стороны устья зала.

Еще одно наблюдение, сделанное в этом году, кажется мне заслуживающим внимания. Дно нижнего зала, представляющее из себя довольно ровную горизонтальную глинистую площадку (примерно 30 x 30 метров), оказалось в этом году засыпано привнесенным мелкоглыбовом материалом. Такие наносы наблюдались и ранее, но в значительно меньшем масштабе. В 92-м году это были незначительные языки в виде осыпей с крутого склона, ведущего на дно. В этом же году оказалось засыпано 80% ровной поверхности дна. Объяснение этому нужно искать в верхнем забое. По моему, мы своими раскопками расчистили путь воде напрямую в зал, тем самым увеличив ее напор. Но это только предположение. В заключении рассказа о работе на дне, хочу сказать, что группу, пожелавшую продолжить раскопки, ждет тяжелая работа.

 

(...)

 

 

 

Итоги и перспективы.

 

Основным положительным результатом экспедиции этого года следует считать сам факт удачного посещения нами массива Арабика, что до конкретных результатов наших работ на дне, то их следует оценивать не по одному этому году, а по всем предыдущим экспедициям на дно (а их было восемь). И к сожалению, нужно сказать, что результаты эти малоутешительны. Несмотря на громадный объем работ на дне, мы не имеем даже отрицательного результата. Я до сих пор уверен, что наиболее перспективным является прохождение по воде, т.е. продолжение работ в забое, на дне завала. Но никакой гарантии на дальнейшее прохождение в этом месте все-же нет, даже учитывая весь наш предыдущий опыт работ в завалах. Что же мы будем делать в последующих экспедициях? По степени перспективности я бы расположил достойные объекты для работы в следующей последовательности.

1.Забой с водой посредине зала на дне - как уже было сказано, основной сложностью при работе здесь будет складирование вынутой породы. Малочисленные группы (до десяти человек) шансов на успех практически не имеют.

2.Сухой забой в конце зала на дне - несомненно перспективен, но его заложение в сплошном мелко- и среднеглыбовом дне зала, без намека на коренные стенки, делает углубление забоя крайне опасным мероприятием. Из соображений безопасности работу здесь следует вести или карьерным способом (т.е. поддерживать угол наклона стенок забоя в пределах 40-50 градусов), или же укреплять стенки. Все это потребует больших трудозатрат и, как следствие, большого количества участников.

3.Обход зала по потолку - задача сложная, но выполнимая. Не требует большого количества участников.

4.Раскопки в конце слепого меандра на 800-м метре - обследованный нами в 1992 году меандр особых положительных эмоций не дал. Небольшие объемы и малый расход воды в конце меандра радужных надежд не вызывают. Однако водораздел в средней части меандра указывает на принадлежность его крутопадающего конечного участка к другой системе, что определенный интерес все же имеет.

5.Старое русло (-400 м) - работы здесь были прекращены довольно давно без особых результатов. Однако возможность дальнейшего прохождения реальна.

6.Колодец "Троянский конь" (примерно 300-й метр) - по моему мнению, это верх большого колодца, ведущего в уже известный участок шахты. Но подтвердить это можно только непосредственно спустившись в колодец.

Вот далеко неполный перечень основных задач для будущих экспедиций.

В следующем году наша группа несомненно продолжит работы на массиве. И несмотря на то, что ожидается небольшое увеличение количества участников, сил у нашего коллектива на решение всех этих задач в рамках одного года не хватит. Поэтому работы хватит всем. Коллективам, имеющим желание работать на Арабике несомненно необходимо кооперироваться, как минимум, согласовывать сроки.

В конце своего несколько затянувшегося самоотчета я хотел бы сказать о перспективности системы Украинская-Арабикская в целом. Хотя, как известно, в мире существуют уже несколько десятков шахт глубиной более километра, и многие из них гораздо глубже нашей системы, я совершенно уверен, что достигнув дна пещеры, мы заставим пересмотреть цифры мировых рекордов по глубинным прохождениям. И только от нас с вами зависит, когда это случится.

С.Кузьменко

Киев-152,

ул.Березняковская, 16а, кв.53.

тел.:550-69-74

 

 

________________________________________________________________

________________________________________________________________

 

Первая экспедиция в новом году.

 

Начало января для молодых спелеологов - пора малоприятная, так как очухавшись от многодневного отмечания Нового Года они обнаруживают, что завтра (послезавтра, через неделю...) экзамен. Но в этом году большое количество спелеологов (физфак, 6-ой курс), в том числе и автор, защитив диплом обнаружили, что никаких экзаменов больше нет!

Дабы не заскучать, надо было что-то срочно организовать - лучше всего экспедицию. Но для поездки на Кавказ обнаружилась катастрофическая нехватка желающих присоединиться (все ехали позже), а также финансового обеспечения (денег на билеты). И тут как нельзя кстати пришлась моя старая идея об экспедиции в самую длинную пещеру Руси (не путать с Россией) - на подземную речку Понеретку в Новгородской области. Как всегда, собиралось шесть человек, купили четыре билета, а поехало только трое: Буланенко, Гусев (Борода) и я в качестве предводителя этих команчей.

О том, где находится эта пещера и что там внутри мы имели самое смутное представление. Представители нашего клуба и другие знакомые спелеологи последний раз посещали Понеретку лет этак десять назад, и выбитые из них сведения были ,мягко выражаясь, неполными и противоречивыми, типа: “я не помню, нас вели толпой... помню ехали на каком-то автобусе, потом через лес... пещера в крутом берегу Мсты. Что внутри - не помню, на входе полусифон 7 - 40 метров длинной (по разным данным), надо плыть на спине ногами вперед, носом в потолок и не гнать волну... дальше - сухие галлереи. Но самое главное - не гнать волну! Даже если штаны от гидрокостюма уплыли!! (тогда ходили в “тигурах“.) И вообще, там уже было k трупов (где k=1,2,3,4...? )!!! И дров там нет, и костра вы там не разведете, и гады водники там все что можно повырубили!!!!”

И вот снабженные такими смутными инструкциями, вооруженные топорами, пилами и разными прочими примусами мы вылезаем из поезда в четыре часа утра в городе Боровичи. Народ, который удирал из поезда словно при пожаре, исчез, только мелькнули габаритные огни единственного ночного автобуса. На наше счастье какой-то шакал - частник решил проверить, не осталось ли каких объедков от добычи автобуса. За смехотворную по московским меркам мзду он подвез нас до деревни Ровное, примерно в 5 км от Понеретки. И вот в полшестого утра мы в районе пещеры, но где она, в двух шагах или в двух км - неизвестно. новолуние, темнота - хоть глаз выколи, с дороги сойдешь - снега выше чем по колено, ниже, чем по пояс. В темноте глюки гуляют - то река (заснеженное поле), то палатка (останки заброшенного много лет назад трактора). Решили отойти в лес метров на 100 и дождаться рассвета (утром оказалось, что мы описали полукруг и стояли в 20 м от дороги). Но как-то само собой поставили палатку и задрыхли до полудня, причем так, что моя нежная и ранимая душа не выдержала стонов исходящих из спальников в ответ на попытки осуществить общий подъем, и я пошел на поиски пещеры один. Через два часа и три километра проторенной вдоль реки тропы я обнаружил неподалеку от нашей стоянки и пещеру, и протоптанную тропу почти от пещеры до палатки. Эта приятная весть настолько воодушевила остальных участников экспедиции, что они даже вылезли из спальников и начали разжигать примус. Два часа на торможение, полчаса на перенос лагеря, опять торможение, остальное время ушло на лесоповал. Сухих дров действительно не было, но говоря о “переходе количественных накоплений в качественные” Маркс оказался прав - долгими, темными (и холодными!) вечерами мы сидели у костра и готовили на нем ужин, назло всяким Кассандрам от спелеологии и водного туризма.

Утром, когда мы пытались загидриться не вылезая из палатки, к нам постучались представители “конкурирующей фирмы” во главе с Андреем Бердоносовым. В результате переговоров, проведенных при закрытых дверях (чтобы не дуло), было принято решение организовать трест по совместной эксплуатации природного ресурса подземная речка Понеретка. Это существенно облегчило нашу задачу, так, как иначе мне бы пришлось делать два выхода - рядом населенка, лагерь нельзя оставлять без присмотра. А второй выход сложно сделать не физически, а технически - мокрые гидра и комбез через пять минут лежания на морозе превращаются в нечто, вызывающее ассоциацию с рыцарскими доспехами, по которым проехал асфальтовый каток!

Сама пещера оказалась довольно простой. Уровень воды был низким, во входном сифоне как минимум 10 см воздуха, поэтому плавание по полусифонам Понеретки - одно удовольствие (при условие, что гидра не течет). Тем более, что на входном сифоне, где есть возможность заблудиться (был прецедент с трупом) на потолке нанесены красные маркеры. Сухие галереи также приятно порадовали тем, что пол представлял собой не беспорядочное нагромождение камней, не слой липкой глины, а крупный песок, и мы там не ходили, согнувшись в три погибели, как обычно, а, вспомнив детство, бегали на четвереньках и даже в приступе инфантилизма построили песчаную крепость. Так что маразм крепчал!

Так как мы абсолютно не знали куда идти, до конца пещеры пройти не удалось. Мы остановились у очередного сифона, подернутого каким-то налетом (по всей видимости кальцитовой пленкой). Было не очевидно, что идти надо именно туда, а лезть лицом в этот неэстетичный налет не хотелось. Впрочем две другие группы также были остановлены непозволительной в спелеологии брезгливостью, одна там же где и мы, другая, под руководством Бердоносова (в том числе Борода), перед следующим глиняным полусифоном, хотя и знали, что пещера за ним продолжается. Никаких особых приключений у нас не было - никто не помер, хотя попытки были - в частности в стометровом шкурнике был поставлен волок из загоревшегося шланга от карбидки, но даже сама хозяйка шланга быстро прокашлялась и ходила дальше на электробычке. С горя она попробовала утопиться в сифоне, но эта попытка также не увенчалась успехом. Вообще, по моим личным наблюдениям, топиться лучше в самой Мсте - для этого не нужно никаких усилий, расслабься, и течение само унесет тебя под лед. Так что несмотря на то, что вылезать из относительно теплой Понеретки на январский мороз не хотелось, мы все-таки благополучно вернулись в лагерь.

Как уже стало традицией нашего клуба, самым запоминающимся моментом экспедиции была сброска. Мы как всегда долго запрягали, а потом как поехали... 20 км за 3,5 часа! Зачем - сами не знаем: 15 км можно было проехать на автобусе, но мы не захотели ждать его 3 часа. В полуобморочном состоянии мы ввалились в поезд и утром уже хромали на обе ноги по перрону ленинградского вокзала.

Но в целом наши впечатления самые наилучшие. Пещера довольно красивая и интересная (кто скажет, что подземная речка - это не красиво?), и, кроме того, легко доступная, можно вообще на электричках добраться! Мне кажется, что она наш клуб зря забыл о ней. Она может служить прекрасным полигоном. Действительно, где еще можно пропустить новичков через сифоны, не загоняя их на дно пещеры 3 к.с.? Эта же пещера очень простая, сифон сразу на входе. Что же касается несчастных случаев, то чтобы здесь погибнуть надо быть либо полным чайником, либо полным идиотом. Я думаю, что недобрая слава Понеретки вызвана ее легкой доступностью, благодаря чему в нее попадают люди, не имеющие никакого спелеоопыта, что приводит к самым трагическим результатам.

Ну вот, пожалуй, и все. Если кто заинтересовался и хочет получить более подробную информацию - обращайтесь ко мне, буду рад помочь.

 

Андрей Мушенков.

 

________________________________________________________________

СОРЕВНОВАНИЯ

________________________________________________________________

 

XIII Открытое первенство МГУ по спелеотехнике

памяти А.Михалина.

 

Соревнования проходили 6-7 апреля на карьерах в Полушкино. В этом году на старт вышло небывалое число спортсменов - 48, представлявших Москву (МГУ, "Сокольники", "Перово", "Барьер", "Белые мыши"), Санкт-Петербург, Новомосковск и Феодосию.

Приятно поразила погода и, главное, организация соревнований. Уже в субботу большинство участников прошли отборочную трассу, а некоторые успели справиться и с основной. К 15.00 следующего дня соревнования были закончены! В этом большая заслуга организаторов и судей: Ю.Косорукова, А.Шумейко, А.Коротаева, А.Кочерина и Н.Шатского.

Соревнования проходили в два этапа (отборочная трасса - контрольное время - 6 мин для мужчин и 10 мин для женщин; и основная). Зачет проводился для мужчин и женщин совместно, правда сильному полу в нагрузку давали довольно тяжелый транс. Из 48 участников 31 прошли отборочную трассу и 30 из них - вышли на основную. Первое место второй год подряд завоевал Валентин Рысцов из Санкт-Петербурга с отличным суммарным временем 13м19с и лишь с 30с штрафа. Второе место у Дениса Провалова, которого подвел большой штраф (см. таблицу результатов). Третье место у молодого петербуржца Алексея Коротких. Стоит также отметить юного воспитанника Д.Провалова Алексея Четырина (четвертое место) и лучшую из женщин - Татьяну Андрееву (пятое место). Все они получили призы и ценные подарки.

 

 

место

 

фамилия
город,
клуб
время
I этапа
время
II этапа
в т.ч.
штраф
итоговое
время
1
В.Рысцов
С-Петербург
3м00с
10м19с
0м30с
13м19с
2
Д.Провалов
"Сокольники"
3м19с
12м55с
4м00с
16м14с
3
А.Коротких
С-Петербург
2м41с
13м55с
-
16м36с
4
А.Четырин
"Сокольники"
4м38с
13м08с
-
17м46с
5
Т.Андреева
МГУ
4м11с
13м37с
-
17м48с
6
М.Дябиров
Москва
4м52с
13м23с
-
18м15с
7
М.Вологдин
"Барьер"
3м51с
14м30с
-
18м21с
8
А.Киселев
Новомосковск
4м30с
14м00с
-
18м30с
9
А.Леонов
Феодосия
5м17с
13м25с
-
18м42с
10
А.Кочерин
МГУ
3м37с
15м10с
-
18м47с

 

 

 

Александр Гусев

 

________________________________________________________________

________________________________________________________________

 

Матч городов Урала.

 

Успешно выступила команда Москвы в составе Юрия Косорукова (МГУ), Валентина Рысцова (Санкт-Петербург), Анатолия Коледова (МГУ-"Сокольники") и Татьяны Андреевой (МГУ) на очередном Матче городов Урала, проходившем в мае 1996 года. Они заняли первое место на трассе SRT и второе - в общем зачете. Поздравляем!

 

________________________________________________________________

ЛИТЕРАТУРНАЯ СТРАНИЦА

________________________________________________________________

 

Воронцовский сонет.

 

Горы, скалы, камни;

Граб, самшит, вьюны;

Мох замерз кораллом;

Красные цветы.

В черные провалы

Канул ручеек.

В горы, в камни, в скалы

Врезался поток.

По стенам каньона

Папортник пророс;

Корни, ветер, влага

Источат утес.

Кручу водопада

Превращая в плес.

Тарас Шиян

________________________________________________________________

________________________________________________________________

 

Фигнепроходцы

(окончание первой части).

 

...Нужно сказать, что Протыкалов не отличался спокойствием и обстоятельностью, не говоря уж о таком знаменательном даре, столь редком в Фигнепроходческой среде, как глубокомыслие, а даже стоя на месте постоянно приплясывал, сучил ногами и ронял различные предметы в том числе и себе на голову. Грохотало, если случался рядом при этом мрачно матерился сквозь зубы и отвешивал Протыкалычу (так он его называл) подзатыльники и пинки. В результате этих ударов по голове, а так же многолетнего увлечения с самого раннего детства мордобоем, возможно и проистекала эта странная суетливость, некоторая раскоординированность и болтливость.

И вот однажды ранним погожим утром, как принято писать в Великой Русской литературе, через лагерь наших героев протопали два выдающихся крюка - Протыкалов и Жукин. Никому не говоря ни слова, они начали спуск в Фигню, таща с собой несколько концов веревки. Достигнув глубины на которой остановились Хвостатый и Пахан, они оставили веревки дабы создать прецедент и обозначить присутствие. Впоследствии все спотыкались об них, ругались и костерили Протыкалова, но в дело их не пускали опять же, чтобы не создавать прецедента. Впоследствии Протыкаловым была предпринята попытка еще раз проникнуть в святая святых - к тому месту, где свершается таинство первопрохождения, где наиболее удачливые и ловкие осуществляют прыжок в бессмертие и вписывают свои имена золотыми буквами в скрижали истории всемирного Фигнепроходчества. Но ему было строго указано на рамки достигнутых договоренностей, и даже жалкое хныканье и упоминание любимой веревки, брошенной для создания прецедента, а так же апелляции к чувству всеобщего Фигнепроходческого братства и аргументы типа “Ты меня уважаешь? “ оставили Пахана непоколебимым. Дорога вниз для Крюков была заказана.

Для тех кто не знает, автор в этом месте хочет рассказать одну забавную историю которая произошла с крюками и возможно будет интересна читателю. Нужно сказать, что Крюки, как и весь Советский народ с детства были воспитаны в духе интернационализма и любви ( даже может быть излишней) к трудящимся всех стран. Надо сказать, и для читателя это наверно не секрет, что в обществе, где все продается и все покупается трудящиеся зачастую любят друг друга не абстрактно, а вполне конкретно и часто эта любовь выливается в довольно-таки экзотические и не вполне привычные для многих формы. Короче говоря приглашая в первый раз своих коллег Фигнепроходцев из одной туманной европейской страны наиболее дотошные из Крюков обратили внимание, что на бланке их Фигнепроходческого клуба стоит странная надпись Гей аутдор клаб (на всякий случай надпись воспроизвожу по-русски). Ну аутдор клаб - это ясно каждому ребенку, что-то по типу клуба туристов. А вот по поводу первого слова разгорелась жаркая полемика. Грохотало например отстаивал версию, что Гей это парень, весельчак и что-то в этом роде. Более писемистично настроенные, утверждали, что просто они гомики, при этом грязно ругались, добавляя какие-нибудь физиологические подробности, и длинно сплевывали, отвернувшись. В качестве же аргумента они приводили поведение одного из ихних Фигнепроходцев, кстати наиболее шустрого и квалифицированного, который постоянно и настойчиво подчеркивал, что он к этой команде отношения не имеет. Все разрешилось когда зарубежные коллеги прислали приглашение на своем новом бланке. В самом верху гордо красовалась надпись “Всемирная ассоциация геев и лесбиянок” (надпись автор приводит, опять же во избежании кривотолков, на русском языке). Это событие породило массу толков и обсуждений в среде Фигнепроходцев хоть немного причастных. Многие сразу вспомнили, как кто-то там ходил, отставив кокетливо попу, кто-то странным липким взглядом смотрел на мужиков, и всякие такие подробности. Нужно сказать, что наиболее причастные, те кому предстояло ехать с ответным визитом заволновались. Предстоял визит в посольство. С точки зрения нормального чиновника естественно приглашенный рассматривался, как предмет сексуального экспорта нашей Великой державы. Естественно не всех из числа приглашенных устраивала такая роль. Один из приглашенных долго припирался и требовал, чтобы на его анкете написали, что он не гомосексуалист, а так как естественно, что такой графы в анкете нет, то чиновник долго отказывался это сделать, но под напором выезжающего, доведенного до безумства возможностью быть отнесенным к числу сексуальных меньшинств, глядя в безумные глаза, начертал прямо-таки через всю анкету “НЕ ГЕЙ” (надпись приводится в переводе на русский язык). Остальным же приглашенным пришлось выступить в посольстве в качестве этакого не пушечного мяса, а этакой извиняюсь “... задницы”.

..................................

 

(чтобы автор окончательно возомнил себя Пушкиным, Гоголем и проч., часть главы опущена по цензурным соображениям - прим.гл.ред.)

..................................

Теперь, как кажется Автору, настало время снова вернуться непосредственно к событиям , которые продолжали развиваться на горным каменистом плато вблизи закрутевшей Фигни. Фигнепроходцы из команды Краснорожего Вождя поставили в непосредственно в Фигне лагерь. Но это только так красиво называется “лагерь” на самом же деле это такой кусок капроновой ткани растянутый особым образом за всякие там выступы, пупырышки и неровности, а иногда даже за крючья на стене, потолке или полу. Внутри образовавшегося объема валяются обычно всякие разные мокрые, влажные и грязные тряпки, гордо именуемые спальными мешками, часто встречаются мокрые и грязные носки, какие-нибудь носильные шмотки, о предназначении коих даже трудно сделать какие-либо предположения и все это обычно перемешано с отсыревшей жратвой, остатками оной, грязной посудой и глиной. Прибавьте еще к этой живописной картине пару-тройку наших грязных друзей, чувствующих себя в этой, мягко говоря, экзотической обстановке примерно так же как отожравшийся пузан где-нибудь на сочинском пляже, и вы получите примерное представление о том, что героические Фигнепроходцы героически и загадочно именуют “подземным лагерем”. Тут нужно оговориться, что приведенное описание только несколько обобщенно описывает вышепоименованное явление. На самом же деле каждый конкретный лагерь в каждой конкретной Фигне отличается своими особенностями и автор сказал бы даже пикантностями. Ну например очень забавно бывает, когда вода заливает лагерь и с интервалом примерно в два часа нужно вскакивать и отжимать промокшие спальные мешки. При этом нужно отметить, что как уверял автора один старый опытный Фигнепроходец, лучше всего это делать в миски и кастрюли. Некоторые из особо крутых Фигнепроходцев используют лагеря, подвешенные в гамаках и экономят на весе и объеме настолько, что даже отламывают черенки у ложек. Как сказал поэт “Клянусь я видал это сам”. В нашем случае явление отличалось тем, что то самое сооружение, условно называемое палаткой, было сшито из специального непромокаемого материала, который заодно, что вполне естественно, не пропускал и воздух. Это привело к тому, что на крыше сооружения образовывался конденсат от дыхания молодых здоровых организмов, и при малейшем сотрясении ткани, он предательски обрушивался на расслабленных и разомлевших наших героев обильным дождем. Кроме того была еще одна довольно-таки типичная для всех подобных случаев сложность и не упомянуть ее это значит покривить душой, выкинуть слово из песни и т.п. Поэтому автор, рискуя вторично быть уличенном в чрезмерном пристрастии к подобного рода подробностям, тем не менее должен заявить прямо и неприкрыто, полностью согласуясь с внутренним голосом художника и отбросив ложную стыдливость, ибо не таков мой читатель, чтобы “потчевать его сахарной водицей, для страдающих половым бессилием” итак... там было сложно ходить в туалет. То есть не то чтобы этого невозможно было сделать по причинам физиологического характера, а просто было некуда по причине достаточно ограниченного пространства. Т. е. стоять вот есть где, лежать тоже с грехом пополам удается, а вот .... негде. И тут, понятное дело, нашим героям смекалки не занимать и они понятное дело смекнули, что от лагеря лучше по возможности отойти на соответствующее расстояние и лучше в такое место, куда скорее всего ни по каким другим делам ходить не придется. Автору вспоминается случай, когда один настойчивый Фигнепроходец, Копатель, с которым автор уже познакомил своего уважаемого читателя, прокопал через туалет, т.е. прямохонько через дерьмо, ход, который привел к колодцу, который в свою очередь привел в зал с большим количеством глины. Ясное дело, что ход был назван “Туалетным”, а зал “Большие говнищи” (честь присвоения названий по устоявшейся Фигнепроходческой традиции принадлежит первопроходцам, поэтому автор готов разделить лавры излишнего пристрастия к различного вида испражнениям). Короче место, выбранное под туалет находилось где-то в тупиковом аппендиксе на полке, куда нужно было достаточно стремно лезть примерно метров шесть по заглиненной стене, рискуя сорваться и все сделать в штаны. И вот, используя это самое явление под названием “подземный лагерь” наши герои, совершая

Далее события развивались следующим образом: Бизя вдруг ( что это на него нашло? ) пообещал первым, кто преодолеет отметку -600 м бутылку коньяку. Нужно сказать, что невесть какой приз по сегодняшним временам, но все это вызвало редкий прилив энтузиазма среди Фигнепроходцев по причине того, что это во-первых почетно, а во вторых кто же из этих охломонов откажется от бутылки. И если Ваш покорный слуга был бы газетным писакой он бы написал что-нибудь по типу “Началась гонка за глубину...”, но не таков автор сего замечательного произведения, да и герои наши собственно не из тех, кто будет убиваться за бутылку коньяка ( в глубине души автор на самом деле уверен, что вряд-ли стали бы убиваться и за ведро и даже за бочку не то чтобы коньяка, а даже райского нектара. Не таков он наш Фигнепроходец, не то что бы он совсем прямо бескорыстен и ему уж прямо совсем ничего не нужно, но ради чего-то там вставать и куда-то там тащиться и если это само к тебе не идет и само в рот, или на худой конец, в руки или там еще куда не падает, то ну его на фиг. Хотя совершенно очевидно, что если усилия нужно прикладывать к совершенно абстрактной вещи, и результат никому не нужен и использован быть никак не может, с точки зрения большинства наших братьев по разуму, ложке и вилке, тут уж любой Фигнепроходец завсегда готов вскочить и бежать хоть на край света в любое, даже самое неподходящее время.) Ну вот теперь более менее понятно, что Фигнепроходцы вяло оживились. Но буквально через час об этом уже все забыли. Но не таков был Хвостатый. Предложение это глубоко запало ему в душу то ли от более ярко выраженной, чем у других , любви к алкогольсодержащим напиткам, то ли от безумной любви к непростому Фигнепроходческому делу, то ли запоздалое похмелье его мучило - точно автору не известно. Но когда Хвостатый оказался в Фигне на переднем крае борьбы за глубину, после первого же выхода он аккуратно замерил все глубины и прийдя в подземный лагерь, раскинутый зачем-то в полутора часах ходьбы от поверхности, объявил безмятежно отдыхавшим в это время Пахану и Сухарику, что он, сам Хвостатый, вместе с Краснорожим Вождем пересекли заветную черту и первыми оказались на глубине 600 м, и поэтому ОНЕ будут наслаждаться замечательным вкусом и ароматом волшебного напитка, так щедро посуленного Бизей, а Пахану и Сухарику не хватило до коньячного рубежа всего навсего каких-то там сантиметров. Нужно сказать, что Сухарик не зря слыл умным и похоже он все-таки затаил, судя по всему в душе тайную надежду оттягать заветный приз. И по приезде из дальних странствий в родной город, он, используя компьютерные программы и несколько научных методик, в которых автор сам ни хрена так, честно говоря и не понял, доказал, уменьшив при этом глубину Фигни на 30 метров (что еще раз подтверждает наблюдения об отношении Фигнепроходцев к глубине Фигни, вкратце изложенные Автором выше), что именно ОНЕ с Паханом пересекли заветную коньячную черту. Тут нужно отметить, что кроме чисто символического этот факт особого значения уже не имел, т. к. коньяк был выставлен Бизей на гадюшнике, и он благополучно влился в общую реку прочего спиртного, употребляемого Фигнепроходцами в таких случаях, что впрочем нисколько не уменьшило его сладость. Тут наверное ты, дорогой читатель, обратил, может быть внимание на незнакомое слово ГАДЮШНИК. Что же это такое? Автор опять-таки вкратце (дабы не утруждать милого его сердцу благодарного читателя и дабы не дать повода обвинить его в излишней болтливости) остановится на этом немаловажном в Фигнепроходческой жизни явлении. Гадюшник это то самое, что многие называют гусятником или по просту пьянкой. Нужно отметить, что каждый Гадюшник это событие и, безусловно, некий рубеж в Фигнепроходческой жизни. Внешне он может быть напоминает эдакую тематическую пьянку, т. е. те же бутылки отнюдь не с кефиром, та же закуска, но во первых всего этого куда как больше, если не сказать без меры. Потребляется это все с огромным аппетитом людей, изголодавшихся по качественной еде и выпивке. Примерно к середине пьянке большая часть участников уже не вяжет лыка, наиболее усердно отнесшихся к этому ответственному мероприятию и нажравшихся раньше других оттаскивают с места употребления яств и алкоголя (это не всегда стол, а даже чаще всего что-либо другое его заменяющее, т. е. автор определил бы это место, как некую площадь, где распределена некоторая часть выпивки и закуски и где проходит процесс употребления), а остальная часть переступая через бесчувственные тела продолжает передвигаться по площади на которой происходит событие, ведя различные разговоры, или просто бессвязно бормоча, но все разговоры и бессвязные бормотания, ясное дело имеют непосредственное отношение к Фгням и Фигнепроходчеству. Что-то, дорогой читатель, наше повествование начинает принимать слишком занудный характер. И не пора ли твоему покорному слуге его несколько разнообразить ну например начав новую главу. Итак:

 

Глава следующая за следующей за еще одной.

 

начавши вот новую главу, задумался автор. Кому бы ее посвятить? И подумавши решил посвятить ее непосредственно себе. Во-первых потому что по глубокому убеждению самого автора он этого безусловно достоин, а во- вторых ведь так можно и всю жизнь прожить и не одна дрянь о тебе не вспомнит и ничего тебе не посвятит. А так как автор по глубокому убеждению автора человек в высшей степени достойный, то было бы вдвойне несправедливо ничего не посвятить столь достойному человеку в столь замечательном произведении.

Итак еще раз как положено:

 

Глава следующая за следующей за еще одной.

 

Посвящается замечательному человеку - автору этого замечательного произведения.

Прежде всего автор должен предупредить своего благодарного читателя, дочитавшего всю эту бредятину до этого места, что дальше автор намеревается продолжать в таком же духе и даже еще и прибавить занудства. Так что если кому не нравиться, то можете пропустить пару страниц, а не превращаться в зануду и доставать автора по поводу его излишнего занудства.

Итак дорогой читатель после столь обширного многословного вступления позволь спросить тебя: “А во что собственно одевается Фигнепроходец?”. И не этот вопрос автор мог ответить кратко: “А во что бог пошлет.” Но не был бы тогда автор самим собой и не появилось бы на свет это замечательное произведение. Всю одежду обычного Фигнепроходца можно разделить на две части одна это та в которой он ходит по поверхности, а вторая та в которой свершает свои Фигнепроходческие подвиги в различных Фигнях, обильно понатыканных природой по всему белому свету. Нужно сказать, что как и в любом человеческом сообществе среди Фигнепроходцев существует если и не мода, то определенные предпочтения в одежде. Как и в обычном обществе существует и некоторое подобие высокой моды, так например тренировочные штаны, штопанные колючей проволокой или всем известные гидротрусы с пневмокапканом, но как и модели от кутюр их все видели, все оценили, но никто не носит. В обыденной же жизни на поверхности, имеется в виду во время различных Фигнепроходческих мероприятий, если отбросить всяческие экзотические одежды по типу вышеупомянутых то наши герои одеты во всякую ерунду производства отечественной легкой промышленности. При этом безусловно у всех существует тяга ко всякого рода заграничным изобретениям, сильно облегчающим жизнь, по типу всяческих курток из специальных материалов и прочим подобным изыскам. Но на этом пути приобретательства Фигнепроходца ожидают по крайней мере две сложности во-первых постоянно не хватает денег, а во-вторых многие скатываются к тому, что занимаются только тем, что приобретают всяческие модные примочки в них одеваются и щеголяют, вызывая зависть у своих коллег по кайлу и веревке и таким образом приобретая определенный авторитет в определенных кругах, и совершенно забывая о самом Фигнепроходчестве. Но как не трудно догадаться, подтверждая диалектический закон о единстве и борьбе противоположностей, существует и другая крайность в отношении Фигнепроходца к одежде. Для приверженцев этого стиля характерно желание лишь бы как прикрыть наготу, дабы соответствовать приличиям и не погибнуть от действия стихий. Среди героев нашего повествования отличается, пожалуй, разве что Хвостатый, предпочитающий аскетический стиль. Так в одном из зимних Фигнепроходческих мероприятий выяснилось, что самая теплая обувь у него резиновые сапоги. Важно отметить, что особенно в последнее время, когда рядовой Фигнепроходец получил доступ к благам западной цивилизации и последним достижениям технологии и науки в области различных теплоизоляционных, водоотталкивающих, водоотсасывающих и пр. материалов и, не смотря на передовые разработки западных дизайнеров и модельеров, многие из Фигнепроходцев все равно по выражению Паханши: “Выглядят как бомжи”.

На этом месте повествование прерывается, т.к. Автор вынужден был отъехать в очередное Фигнепроходческое мероприятие, гордо именуемое экспедицией, на то самое каменистое пустынное плато, о котором собственно и идет здесь речь.

....................................................................

Сразу по приезду Автор написал следующие стихи, навеянные, судя по всему, суровым климатом и теми неординарными событиями, свидетелем которых он явился за это время.

Стихотворение под названием “Momento more”

 

Посвящается Кай Юлию Цезарю.

Сегодня ты первый в тусовке,

Сегодня - у всех на виду,

Сегодня ты кушал морковку,

А завтра ты бряк - и в гробу.

Но собственно дорогой читатель, чтобы тебя не утомлять излишними подробностями о всяких перипетиях дней давно минувших и чтобы собственно порадовать теми самыми новыми ощущениями, которыми переполнился Автор в очередной поездке, вкратце должен сообщить, что все это мероприятие, о котором шла речь на предыдущих страницах закончилось довольно-таки странным образом. Т.е. Фигнепроходцами было обнаружено уникальное явление, названное Глюкалами. Глюкала это такие подземные водоемы (озера), которые время от времени издают глюкающие звуки ( т.е. звуки типа “Глюк”, и никакого отношения к великому композитору Глюку не имеют) либо самопроизвольно, либо в результате падения в водоем каких-либо предметов.

Виктор Рейснер

 

________________________________________________________________

РАЗНОЕ

________________________________________________________________

 

В мае этого года во время проведения Матча городов Урала спелеологи Москвы, Санкт-Петербурга, Поволжья, Урала и Сибири провозгласили создание Российского Спелеологического Союза. Президентом РСС избран предстедатель КС МГУ Юрий Косоруков.

 

 

Поздавляем Ольгу Лебедеву и Женю Румянцева (он же - Тришка, он же - Рыжий) с законным браком! А познакомились они в нашем клубе. Все-таки как спелеология сближает людей!

 

 

 

Поздравляем Колю Кузнецова с первенцем! Надеемся, что тяжкий груз главы семьи не отвратит его от спелеотуризма.

 

 

Поздравляем Толю Коледова с рожденим сына!

 

 

 В номере использованы материалы журнала "Барьер" N9-10 (1995).

________________________________________________________________

Редакционная коллегия - Гусев А.(гл.ред.), Косоруков Ю., Провалов Д., Шумейко А.

Художник - Новикова И.

Фотографии - ШумейкоА., Кочерин А.

Набор текста - Гусев А., Мушенков А., Рейснер В.

Обработка изображений - Пономарев С.

Печать - "Печатный двор"

________________________________________________________________

________________________________________________________________

Адрес редакции: 117234, Москва, Воробьевы горы, МГУ, В-365л. Тел.: (095) 503-72-39 (Косоруков Юрий). Факс:.(095) 292-65-11 Box 595. E-mail: gusev@sai.msu.su.

На главную | X-tracks | Карты | Статьи | Галерея | Ссылки | Архив СК МГУ | Архив РСС | О сайте | Контакты

CopyRight © 2011-2016 www.x-traсks.ru

Если вы решили процитировать какой-либо материал с этого сайта не забудьте поставить активную ссылку на него.

Экстремальный портал VVV.RU Яндекс цитирования